О конверсии с человеческим лицом

О конверсии с человеческим лицом

23.07.2013

(Медицинская газета № 16 за 1.03.2002 год)

Программа, которая будет фигурировать в данной статье, скреплена высокими подписями и гербовыми печатями в апреле 1995 г. В то самое время, когда наша экономика, а вместе с ней и социальная сфера задыхались от недофинансирования, неплатежей, долгов по заработной плате и прочих прелестей обвального перехода к рынку. Причем здравоохранение и (не грех напомнить) ради него существующая фармацевтическая промышленность страдали не в меньшей, а может быть, даже в большей степени, чем любая другая отрасль.

Кстати сказать, программ всевозможных тоже хватало: федеральных, принятых на самом высоком уровне, региональных, краевых, областных, ну и так далее. По большей части мир их праху. Идеи, помнится, в них закладывались совсем неплохие, и лица весьма ответственные фигурировали в числе исполнителей. Экономическая «гипоксия», суть все то же недофинансирова-ние, стала причиной или быстрой смерти, или медленного угасания большинства из них. Большинства программ, разумеется. Не ответственных лиц, само собой. Те-то в массе своей живут и здравствуют, порой даже лучше прежнего.

Однако этой статьи не случилось бы, будь такая безна-дега кругом. Москва, Б.Садовая, 1, корп. 4, Государственный научный центр Российской Федерации «Научно-исследовательский институт органических полупродуктов и красителей» (ГНЦ «НИОПИК») - вот адрес, где я узнал о программе совсем другой судьбы.

И ни рубля в подарок

Итак, в 1995 г. столица нуждалась в лекарствах. И пусть уважаемого читателя не введут в заблуждение воспоминания об аптечных полках, ломящихся от лекарств, преимущественно импортных. Снабжать ими лечебно-профилактическую сеть - на ум сразу приходят где-то вычитанные слова Д.Менделеева - все равно, что топить ассигнациями. Хотя, признаем, приходилось «топить» дорогущим импортом, поскольку в то время уже агонизировали крупнейшие в прошлом производители фармацевтических субстанций, менялась вся структура фармацевтической отрасли. Относительно недорогих российских лекарств становилось все меньше. В 1994 г. Москва включила в государственный заказ 46 важнейших лекарственных препаратов, и они закупались за рубежом на сумму 490 млрд. руб. в тогдашних ценах (приблизительно 100 млн. долл.). Авто же время в столице, в пределах Садового кольца, стояли уникальные научно-производственные комплексы, для которых тонкий органический синтез - основа лекарственного производства - был делом всей жизни. К тому же НИОПИК имел перспективные научные разработки, одна из которых - уже готовый онкологический препарат и соответствующие методы диагностики и лечения рака (подробнее «МГ» писала об этом в № 66 от 05.09.01).

Понять, как в таких условиях сэкономить бюджетные деньги, особого труда не составляло. Добрая воля - с этим у нас всегда сложнее. Но как бы там ни было, в итоге трое высоких руководящих деятелей оказались за «одним столом». Московский мэр Юрий Лужков, тогдашние министр здравоохранения и медицинской промышленности Эдуард Нечаев и министр науки и технической политики Б.Салтыков подписали научно-техническую программу развития производства импортзамещающих лекарственных средств, субстанций и материалов медицинского назначения на базе государственных научных центров и предприятий химического профиля Москвы и Московской области с привлечением специализированных организаций (НИИ и клиники) Минздравмедпрома и РАМН в части разработки готовых форм лекарственных препаратов» Нет нужды скрывать, что главная инициатива в этом деле исходила от московского правительства и его главы. И дело не столько в том, что Лужков не понаслышке знает химическое производство (хотя и в этом тоже). Важнее другое: всем заведомо было ясно, что Москва возьмет на себя основную часть финансирования проекта. Тогда, в 1995-м, еще никто не знал, какие экономические потрясения ждут нашу экономику (один август 1998-го чего стоит!), но что вечная нехватка средств у федеральных учреждений заставит отклониться от параграфов программы по части ее финансирования, можно было предположить заранее. Так и случилось. Минздравмедпром не финансировал эту программу совсем, а Миннауки значительно сократило свое участие и, увы, не смогло вложить в программу даже ту, заведомо меньшую денежную долю, предполагавшуюся изначально. Фактически объемы финансирования были обеспечены в полной мере только правительством Москвы.

В чем город искал для себя выгоду, прописано четко, без всякой казуистики. Программой предусмотрена доработка технологии и производства не выпускаемых ранее в России видов субстанций на сумму 260-270 млрд. руб. (в ценах 1994 г.). Стоимость включенных в программу лекарств в 1,5-2 раза ниже импортных. Срок окупаемости затрат на организацию производства составляет, в соответствии с документом, не более двух лет. Наконец, все затраты предполагаются на возвратной основе. То есть затраты на научно-исследовательские работы и инвестиции в производство должны окупиться за счет закупки более дешевых по сравнению с их импортными аналогами препаратов у того же НИОПИК (главный фигурант программы, но об этом ниже). К документу прилагаются даже схема и график погашения вложенных средств(считай, государственного кредита) за счет реализации произведенных лекарств.

Козыри

Функции головной организации по оперативному руководству и координации работ, связанных с реализацией программы импортзамещения, были поручены ГНЦ «НИОПИК». Для этих целей при центре была создана исполнительная дирекция. Здесь программу детализировали. Через дирекцию осуществляется ее финансирование. Задания по производству частично определены изначальными документами, но текущие вопросы в значительной степени решаются здесь же.

Отнюдь не за свой статус научного центра получил НИОПИК такую привилегию. Да и не только привилегию он получил. На него прежде всего легла основная тяжесть выполнения программы. Рассуждали логично. Созданный в 1931 г., НИОПИК на протяжении 60 лет являлся ведущим и практически единственным научно-исследовательским институтом в стране, отвечающим за разработку технологии и создание новых производств продуктов тонкого органического синтеза, красителей и текстильно-вспомогательных веществ для легкой промышленности и других отраслей. С 1965 г. институт осуществлял разработку, производство и поставку специальных продуктов для микроэлектроники и оборонной промышленности. «Несмотря на все перипетии последних лет, - говорит генеральный директор ГНЦ член-корреспондент РАН Георгий ВОРОЖЦОВ, - Государственный научный центр «НИОПИК» осуществляет полный цикл работ - от фундаментальных исследований и первичного синтеза новых соединений до опытного производства, проектирования и освоения технологий в промышленных масштабах».

Идея создать полный цикл изготовления лекарств - от разработки технологии субстанции до производства готовых лекарственных форм - изначально заложена в программу импортзамещения. Расчеты показали, выполнение этого условия дает максимальный экономический эффект. НИОПИК оказался едва ли не единственной организацией, способной к комплексному решению задачи «полного цикла». «А может быть, проще было обратиться на крупные химико-фармацевтические заводы, коих в Москве немало?» - спрашиваю я главного специалиста по фармацевтике кандидата химических наук центра Владимира РЫБИНОВА. «Крупнейшие профильные заводы к тому времени выбор свой сделали, - отвечает Владимир Иванович. - Фармпредприятия фактически ушли от химического производства. В той экономической ситуации их вполне можно было понять. В 1995 г. мы тоже активно искали пути выхода из кризиса, но с одним условием -сохранить наш опыт».

Наконец, еще один козырь, возможно, самый сильный, которым располагал НИОПИК, - это Фотосенс. Если институт сумел создать оригинальный препарат, задача воспроизведения уже существующих лекарственных средств должна ему быть по плечу. Это понимали в Москве, это понимали в федеральных ведомствах.

Подписано. Далее без остановок

Программу приняли. Как и должно быть, НИОПИК начал с разработки технологии синтетических лекарственных средств, размещения и освоения их на своем опытном заводе в подмосковном Долгопрудном.

Специфика фармацевтического производства потребовала усиления группы профильных специалистов, и в коллектив НИОПИК влилась значительная часть сотрудников Всероссийского научно-исследовательского химико-фармацевтического института (ВНИХФИ). Они составили костяк нового подразделения, которое теперь так и называется - отдел медицинской химии. Возглавляет его доктор химических наук, профессор Владимир ГРАНИК - без преувеличения ведущий российский специалист в области химической технологии лекарственных препаратов. Кроме названного отдела появились лаборатории лекарственных форм, токсикологических и фармакологических исследований. Укрепилась аналитическая служба.

Ориентироваться на передовой опыт - непременное условие всякой научно-внедренческой работы. Поэтому оборудование, на базе которого созданы опытно-промышленные установки, закупали у ведущих зарубежных фирм.

Вообще, работы в НИОПИК ведутся более чем по 30 наименованиям. В активе же центра на сегодняшний день субстанции 14 препаратов. Среди них такие широко применяемые лекарственные средства, как валидол, дитилин, карбамазепин, дротаверин гидрохлорид (у нас широко известен под названием «но-шпа»), метоклопрамид (в нашей аптечной сети - под названиями «реглан», «церукал»), диклофенак натрий (тоже имеет массу торговых названий, одно из них «ортофен»), дофамин. Реализация этих средств помогает обеспечить лекарствами ЛПУ, преимущественно московские, но не только. И хотя цены на готовые лекарства из субстанций НИОПИК на 20-60% дешевле импортных аналогов - что и диктует программа импортзамещения, - институт в силе перейти на частичную самоокупаемость (до 40%) научных разработок и уменьшить объем государственного финансирования.

В соответствии с идеологией программы (полный цикл!) НИОПИК сразу же запланировал создание участка цеха готовых лекарственных форм. Под это дело в Долгопрудном выделили производственные площади размером 1400 м2 - практически целый этаж в большом корпусе. Его строительство осуществляется с максимальным приближением к нормам GМР (международный стандарт производства лекарственной продукции). Таблетированные формы пойдут первыми, в более отдаленной перспективе - лиофильная сушка. Площади позволяют довольно быстро наладить ампульные линии. Работы идут столь интенсивно, что можно с уверенностью сказать: их пуск состоится уже в недалеком будущем.

О трудностях

Их хватало, и они еще у НИОПИК будут. С одной стороны, переход на фармацевтику был болезненным, поскольку это дело имеет особую специфику. С другой - переход был облегчен более чем полувековым опытом в области тонкого органического синтеза. Но, как известно, химией фармацевтическое производство не кончается. Необходимо знать контрольно-разрешительную систему, научиться делать нормативную документацию (например, фарм-статьи), получать аккредитации и лицензии, и прочее, и прочее. Все это - время, деньги и т.д.

А что же в заключение? Да, в Москве появился новый научно-производственный фармацевтический комплекс с собственными уникальными разработками. Но мало сказать лишь это. Здесь не обойтись без морали. НИОПИК - пример организации, нашедшей свое место в нынешних рыночных условиях и вместе с тем не утратившей годами накопленный научный потенциал, даже увеличившей его. Пример, как можно входить в капитализм без нещадных увольнений сотрудников и сдачи в аренду под торговые помещения тысяч квадратных метров производственных площадей. Пример, если хотите, конверсии с человеческим лицом.

Тимофей КОЗЛОВ.

На снимке: генеральный директор ГНЦ «НИОПИК» член-корреспондент РАН Георгий Ворожцов.

Возврат к списку

 
Производство
Дезинфицирующие средства
Фото и видеоматериалы